Развитие платформенной занятости в странах БРИКС: эффекты для рынка труда, бедности и неравенства

Платформенная занятость — активно развивающийся формат нестандартной занятости с использованием онлайн-платформ и цифровых технологий. По некоторым оценкам, в платформенную занятость сегодня в том или ином формате включены до 12,5% мировой рабочей силы. Во многих странах БРИКС в платформенном формате занята заметная доля работников. Так, по оценкам на основе национальных обследований и статистики, в Бразилии платформенные работники составляют 1,7% всех занятых, в России в регулярную платформенную занятость вовлечены 3,5%, а в эпизодическую — ещё 12,5% населения трудоспособного возраста, в Индии — до 1,5% рабочей силы, в Китае — с учетом принятого широкого определения — до 25%.

Появление цифровых платформ занятости расширяет возможности для удаленной работы и сокращает пространственные неравенства на рынке труда, открывая работникам доступ к клиентам и задачам из других регионов страны или на международных платформах. За счет того, что большинство платформ предполагают простую и быструю регистрацию, дают возможность выбирать комфортный график и формат занятости, а также самостоятельно регулировать объем нагрузки, они оказываются привлекательны для самых разных групп населения. Для занятых в «традиционной» экономике работников они становятся удобной подработкой или платформой для превращения хобби в дополнительный источник дохода, а для групп, уязвимых на обычных рынках труда и испытывающих трудности с поиском работы, — инструментом выхода из экономической неактивности. К таким группам относятся учащиеся студенты, женщины с маленькими детьми, лица с ограничениями здоровья, пожилые. Открывая доступ к рынку труда для этих групп, платформенная занятость становится инструментом снижения рисков бедности и повышения их благосостояния — и способствует достижению Целей устойчивого развития.

При этом платформенная занятость — это одновременно возможность, дополнительный импульс для развития экономики, сокращающий пространственные, доходные и инфраструктурные неравенства, и вызов с точки зрения долгосрочной социальной устойчивости. Ограниченный доступ платформенных работников к социальным гарантиям, таким как оплачиваемые больничные дни и отпуска или формирование пенсионных прав, могут приводить к потерям в здоровье и благополучии и создавать повышенные риски бедности среди пожилых в отложенной перспективе. Названные риски впервые ярко проявились на фоне развернувшейся в 2020 г. пандемии — и с тех пор положение платформенных работников находится в фокусе внимания исследователей и лиц, определяющих государственную политику. Поэтому платформенная занятость во многих странах именно сейчас проходит стадию институциализации, во время которой государства ищут эффективные нормативные решения для ее включения в систему регулирования рынка труда без ущерба для экономических эффектов от ее развития.

Вопросы регулирования платформенной занятости уже на протяжении нескольких лет входят в повестку регулярных встреч министров труда и занятости стран БРИКС. Позиция объединения состоит в необходимости разработки такой нормативной рамки, которая бы охватывала все новые или нестандартные формы труда и гарантировала полное соблюдение прав работников, доступ к системе социальной защиты, в том числе с использованием механизмов социального страхования. С 2015 года эти вопросы включены в комплексную работу по гармонизации национальных рынков труда, в том числе в рамках совместной экспертизы с Международной организацией труда (МОТ).

При этом несколько стран БРИКС входят в число государств с флагманским опытом развития и регулирования платформенной занятости. Так, Индия была одной из первых стран, где понятие «гиг-работник» было определено и введено в нормативные документы (The Code on Social Security, 2020). Это создало фундамент для разработки схем социального страхования платформенных занятых и стимулировало создание цифровой архитектуры для их введения. В настоящий момент такие схемы реализуются на уровне отдельных штатов и следующий шаг — вывод этой практики на национальный уровень.

В Китае, стране с одним из самых больших сегментов платформенной занятости в мире, с 2021 года для платформ введены стандарты минимальной оплаты труда работников и необходимость обеспечивать доступ к социальному страхованию. В 2024 году эти стандарты были усилены и дополнены требованиями по соблюдению режима работы и установленной максимальной длительности рабочего дня.

В России закон о платформенной экономике, который впервые ввел некоторые регуляторные нормы в отношении цифровых платформ занятости, был принят в июле 2025 года и вступит в силу с октября 2026 года. В рамках этого закона и находящихся в разработке подзаконных актов устанавливаются в том числе взаимные права и обязанности платформ и сотрудничающих с ними исполнителей-самозанятых, которые в первую очередь касаются принципов назначения заказов, их оплаты и безопасности работника при их выполнении. Вопросы обеспечения социальных гарантий находятся на этапе обсуждения.

Другие страны БРИКС пока находятся на более ранних стадиях на пути создания регуляторной рамки для платформенной занятости, однако в ближайшие годы будут продвигаться в этом направлении в условиях усиливающейся цифровизации общества и рынка труда.

Декларация XI встречи министров труда и занятости стран БРИКС, прошедшей в 2025 году, включает решение задач по обеспечению защиты трудовых прав платформенных работников и их доступа к системам социального обеспечения в число приоритетных направлений сотрудничества стран объединения (пункт 21 Декларации 2025 г.). Разнообразие накопленного опыта мониторинга и регулирования платформенной занятости вместе с вариативностью экономических условий в странах БРИКС делает такое сотрудничество особенно перспективным.